Звонок от позвоночника

Звонок от позвоночника

После 35-40 лет практически каждый не понаслышке знает, что такое боль в спине, особенно в пояснице

Считается, что больше всего люди страдают от различных простудных заболеваний. И по статистике они первенствуют. Но та же статистика свидетельствует: больше всего людей мучают боли в позвоночнике. Эти боли не знают возраста — они одинаково поражают и стариков, и юных. Выход из этой ситуации есть? Об этом обозреватель «РГ» беседует с профессором Римского университета Сапиенца Джалалудином Саидбеговым и с профессором кафедры неврологии и нейрохирургии Первого Московского медицинского университета имени Сеченова Григорием Евзиковым.

Статистика всегда убедительна. Потому предлагаю с нее и начать наш разговор. Сколько людей в России страдают от болей в позвоночнике? Есть страны, где таких страдальцев нет?

Джалалудин Саидбегов: Нет нигде таких стран. А в России после 35-40 лет практически каждый не понаслышке знает, что такое боль в спине, особенно в пояснице. И эта статистика ничем не отличается от других стран.

Почему из года в год, из века в век так?

Джалалудин Саидбегов: Вопрос не совсем точный. Из века в век ситуация меняется. Чем цивилизованнее общество, тем больше таких страдальцев. Губит сидячий образ жизни. Мы даже не представляем, насколько это опасно, когда человек полдня сидит в одном и том же положении. При этом смотрит телевизор или работает за компьютером. А в это время страдают его межпозвонковые диски. К ним перестают поступать в достаточном количестве питательные вещества. Эти вещества вырабатываются и нормально обеспечивают диски только тогда, когда есть движение.

Почему же спортсмены, особенно бывшие, у которых вся жизнь в движении, мучаются от этих болей, пожалуй, больше, чем все остальные?

Джалалудин Саидбегов: Это другая крайность. Позвоночник испытывает сверхмерные нагрузки, и диски эти нагрузки не выдерживают.

Выходит, всем плохо? Но мы встретились не для того, чтобы сгущать краски, а для того, чтобы дать людям надежду. Дайте ее.

Джалалудин Саидбегов: Вот вы сидите в кресле. А где ваши ноги? В идеале каждому человеку нужно подобрать и кресло, и стол, и скамеечку под ноги. Практически нигде не выпускаются кресла со специальными спинками. И уж вовсе плохо, когда во многих официальных учреждениях, даже в медицинских, кресла мягкие, низкие, неустойчивые. Говоря языком науки, мебель почти повсеместно неэргономичная. Об этих «пустяках» специалисты говорят на всех международных форумах. Мы заполняем своими рекомендациями Интернет. Нас не слышат. На поверку выходит, что не мебель приспосабливается к человеку, а человек адаптируется к мебели. «Мебельная опасность» особенно губительна для детей. Например, раньше в школах были парты, которые старались приспособить к росту школьника. Теперь парты неприемлемы: на них не разместить компьютер. Должны быть столы. Но не одинаковые для всех детей. Когда мы заказываем себе костюм или платье, мы хотим, чтобы они соответствовали нашей фигуре, чтобы нам было комфортно. Так вот мебель, подобно одежде, должна быть комфортной для каждого. Желательно подбирать ее по индивидуальному заказу.
Лучший хирург — тот, который не рекомендует оперативное вмешательство всем подряд

О такой мебели можно только мечтать. Но вернемся к нашему позвоночнику. По какой причине он не дает нам покоя, мучает нас болями, уже неважно. Скажите, что делать?

Джалалудин Саидбегов: Прежде всего, надо выяснить, почему болит спина. Это чрезвычайно важно. Иногда боли в спине бывают следствием тяжелых заболеваний внутренних органов, онкологических заболеваний. Опухоли часто «стреляют» именно в позвоночник.

Григорий Евзиков: Тут важно учитывать теорию «красных флажков опасности». Боли в спине действительно могут быть следствием онкологических и других тяжелых заболеваний. Потому требуется строгая дифференциация. То есть надо четко определить причину боли. Что для этого требуется? Диагностических средств сейчас много. Но прежде всего необходим тщательный клинический осмотр пациента. Не все сводится к чувствительности рук врача. Даже в наш сверхтехнологичный век с пациентом надо поговорить. Врач — не робот! Он должен узнать, чем вызваны боли, чем болел пациент, какая у него наследственность, чем он занимается.

Джалалудин Саидбегов: Мой коллега совершенно прав. Я только хочу добавить, что при этом не надо смотреть на часы, потому что время, потраченное на такой опрос, позволяет заподозрить целый ряд серьезных заболеваний.

Осмотрели. Какие исследования следует пройти пациенту?

Григорий Евзиков: Если вы заподозрили тяжелое заболевание, обозначенное «красными флажками», то, не откладывая, надо направлять пациента на современные, пусть и дорогостоящие, высокотехнологичные исследования: МРТ, компьютерную томографию, электрофизиологические исследования проводимости по нерву и так далее.

Еще лет двадцать назад обходились обычным рентгеном. Теперь рентген чуть ли не на задворках. Порой возникает впечатление, что в связи с повальной коммерциализацией медицины пациенту прописывают множество дорогостоящих исследований.

Джалалудин Саидбегов: Я считаю, что вы во многом правы, и можно обойтись без них.

Григорий Евзиков: Во многом, но не во всем. К сожалению, на ранних стадиях развития некоторые тяжелые заболевания не проявляют себя ни при мануальном осмотре, ни при рентгеновском обследовании. Поэтому ранее мы часто диагностировали их на поздней стадии, когда уже невозможно пациенту помочь. У нас же есть статистика, которая показывает: ныне результаты гораздо лучше. И именно потому, что современные диагностические возможности расширяются.

Возможности есть. Почему же заболеваний не становится меньше?

Джалалудин Саидбегов: К уже сказанному о том, что мы ведем неправильный образ жизни, что та же мебель нам не всегда подходит, напомню главное: многих губит лишний вес и гиподинамия. И давайте перейдем к тому, что же делать.

Вы, Джалалудин, известный в мире специалист, который избавляет от страшных болей без хирургического вмешательства и без лекарств. Как вы к этому пришли? Сколько лет вы учились этому мастерству?

Джалалудин Саидбегов: Мастерству рук предшествовала огромная многолетняя теоретическая подготовка. Мне повезло, что в свое время я начинал работать в 40-й больнице Москвы и заведовал там неврологическим отделением. Ведь наши боли в позвоночнике во многих случаях родом из неврологии. Это только кажется, что мануальные терапевты — некие рукоделы. Если мануальный терапевт действительно специалист, то он хорошо владеет анатомией человека, физиологией, неврологией и так далее. Я считаю, что в большинстве случаев заболевания позвоночника можно лечить без оперативного вмешательства.

Очень хочется в это поверить. Но вы, к сожалению, не часто ведете прием в России. В нашей стране достаточно специалистов, которые могут без оперативного вмешательства помочь таким пациентам? Известны случаи, когда мануальной терапией занимаются люди, смутно представляющие данную специальность. Это приводит к серьезным, порой необратимым осложнениям, даже к летальным исходам. И как мне, простому смертному, узнать: я попала в руки действительно специалиста или к тому, о котором вы сейчас сказали? Довериться Интернету? Он часто вводит нас в заблуждение.

Джалалудин Саидбегов: И такое заблуждение опасно.

Что же делать?

Григорий Евзиков: Это и есть главная проблема мануальной терапии — невозможно сказать, что получится, кто что умеет. До сих пор остается двойственное отношение к мануальной терапии. Потому что современные статистические способы анализа результатов работы мануальных терапевтов не дают однозначного ответа, в каких случаях она принесет человеку пользу, а в каких будет бесполезна. Или может даже навредить. Надо помнить, что в большинстве случаев боли в позвоночнике вызваны мышечным спазмом. И в этих ситуациях мануальная терапия представляется одним из перспективных методов лечения.
Прежде всего необходим тщательный клинический осмотр пациента. Не все сводится к чувствительности рук врача

Джалалудин Саидбегов: Я приведу примитивный, но очень точный пример. Наши предки при болях в спине ложились на пол и просили, чтобы маленькие дети походили по спине, потоптали спину. Это облегчало состояние. Человеку, которого только что мучили боли, становилось лучше. Это зачатки мануальной терапии. Они действуют и сейчас. Мануальная терапия нужна.

Григорий Евзиков: Но ее место в лечении болей в спине до сих пор не определено. Международные рекомендации указывают на нее как на один из возможных методов. Однако не гарантируют наступление положительного результата после проведения мануальной терапии.

Джалалудин Саидбегов: К сожалению, мой коллега прав. Хотя убежден, что если всерьез заниматься мануальной терапией, если специалист подготовлен по-настоящему, то успех почти гарантирован. Считаю, что мануальная терапия может быть не дополнительным, а основным альтернативным методом лечения заболеваний позвоночника. Пациенты в таких ситуациях избавлены от хирургического вмешательства. И тут я напомню, что лучший хирург — тот, который не рекомендует оперативное вмешательство всем подряд.

Григорий Евзиков: Разве большинству людей нужна операция? Это не так. Но в тех случаях, когда хирургия необходима, альтернативные методы лечения, как правило, бесполезны.

Какие случаи имеете в виду?

Григорий Евзиков: Прежде всего, речь о стенозе (сужении) позвоночного канала, о крупных, длительно текущих грыжах межпозвонковых дисков со сдавлением корешков спинного мозга. Это ситуации, когда клиническая картина заболевания не поддается консервативной терапии. В ряде случаев нельзя проводить мануальную терапию, например при патологичной подвижности позвонков.

Джалалудин Саидбегов: А я считаю, что и в таких случаях можно помочь с помощью мануальной терапии. Но очень деликатной.

А как же мне узнать: идти оперироваться или идти к мануальному терапевту? Более того, немногие пациенты осведомлены о том, что, например, вживляемые в позвоночник имплантаты могут сами по себе стать причиной ужасных болей.

Григорий Евзиков: Имплантаты могут послужить причиной боли только при неправильном вживлении. Боли, связанные с неправильным вживлением, возникающие сразу после операции, встречаются нечасто. Боли, которые возникают через полгода, год и более после операции, чаще всего связаны с возникновением новых очагов сужения позвоночного канала или патологической подвижности в других сегментах.

Новые очаги — результат операции?

Григорий Евзиков: Нет. Новые очаги, к сожалению, следствие продолжающегося дегенеративного процесса в позвоночнике.

Джалалудин Саидбегов: А вот эти процессы мы как раз и стараемся приостановить, если к лечению позвоночника подходить комплексно и рассматривать его как единое целое. Хотя тогда, когда я вижу развитие грубых неврологических осложнений, связанных со сдавлением в позвоночнике, которое проявляется недержанием мочи, слабостью в ногах, то это прямое показание к проведению операции на позвоночнике. Так называемый синдром «конского хвоста».

Григорий Евзиков: Грубое сдавление корешков спинного мозга, которое проявляется синдромом «конского хвоста», требует не просто оперативного вмешательства, а экстренного. Только так можно добиться максимально полного восстановления утраченных функций. При лечении боли в спине мы должны действовать вместе. Ни в коем случае не противопоставлять один метод лечения другому. Нужно использовать весь спектр средств помощи пациенту, но использовать только те методики, которые действительно оправданны для лечения конкретного больного.

Самые свежие новости медицины на нашей странице в Вконтакте
Читайте также

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *